Алексей Сахаров. Постиндустриальный город

Станция метро в Вашингтоне

Станция метро в Вашингтоне, фото o_palsson

резюме доклада

Резюме доклада Алексея Сахарова в Клубе 2050. 29.04.2010.

В рамках доклада и последующей дискуссии сложились следующие тезисы:

Постиндустриальный город сложился в результате кризиса индустриального общества. Поэтому, особенно на уровне инфраструктуры, он слабо отличается от индустриального города. Не ожидается прорывных инноваций, которые радикально изменят облик города, что отражено во многих современных градостоительных концепциях («трава зеленее, солнце ярче, небоскребы выше, люди добрее»), что резко отличается от концепций индустриальной фазы, требовавших глубоких изменений.

Отсутствие прорывных инноваций и новых смыслов вызывает постмодернизм и эклектику – смешение ранее существовавших стилей и форм без придания им целостности и внесения радикального нового.

Тем не менее, при сохранении материальной основы происходят глубокие изменения на уровне смысла. Меняется само понятие «город». Вместо дихотомии город – деревня формируется сложное смешанное пространство – город-регион, где нет четкой границы между ними. Он становится главной единицей социальной жизни.

На постиндустриальные города глубокое влияние оказывает эволюция экономики от массового производства однородных товаров для базовых потребностей человека (фордизм) к производству разнообразных товаров, ориентированных на индивидуальные дополнительные потребности (постфордизм, кастомизация). Не одна модель «Форд-Т» черного цвета в количестве 20 млн штук, как в 1910-1920-е, а сотни и тысячи моделей и комплектаций (то же и на других рынках, не только на автомобильном).

Постфордистское производство тяготеет к кластерной организации, особенно в высокотехнологических и «ремесленных отраслях», а также в финансах. Кластер дает возможность экономии на внешних издержках и, главное, позволяет обмениваться информацией, включая «неявное знание» (знание, которое передается лично, а не через текст), обеспечить комфортную социальную среду, привлечь специалистов.

Кризис индустриальной фазы привел к резкому росту неравенства и размыванию среднего класса, а как следствие – к разрушению старого «общественного договора», росту преступности и социальных проблем. В городах формируются «гетто для богатых» (для люмпенбуржуазии – не владельцев бизнеса, а «новых богачей»-быстро разбогатевших спекулянтов, спортсменов, артистов) и «гетто для бедных». Некоторые сообщества в США и Европе смогли преодолеть этот кризис за счет гражданской активности среднего класса, солидарности, признания «права быть другим».

Постиндустриализация ведет к новой форме территориальной иерархии между городами. Постиндустриальные города становятся глобальным Центром, индустриальные города – глобальной Окраиной, а за пределами всей этой Ойкумены лежит «терра инкогнита», вообще выпавшая из постиндустриального пространства. Причем эта структура фрактальна: на мировом уровне это Глобальный Север, Глобальный Восток и Глобальный Юг, но она воспроизводится в крупных агломерациях развитых стран и даже в некоторых городах и районах. Там возникают свои гетто – анклавы Юга, свои рабочие поселки – анклавы Востока, свои богатые района – аналог Запада.

Постиндустриальные города, особенно мировые (глобальные), тесно связаны друг с другом и похожи друг на друга. Все остальные города зависят от сети глобальных городов, без которых связь между ними невозможна.

Значение географического положения падает (из-за снижения транспортных издержек и развития информационных сетей), но значение свойств места, особенно уникальных и унаследованных от истории, растет. Дело не в том, где Мекка; дело в том, что это – Мекка.

Возрастает значимость культурных факторов. Формируются «тематические поселки» (для пенсионеров, летчиков, приверженцев йоги и т.п.) и даже «тематические города». В городском пространстве ярко выражены субкультуры.

Рассмотренные выше черты выражены в первую очередь в городах США и Западной Европы, меньше – в Восточной Азии.

В Москве черты постиндустриального города будут проявляться медленно и избирательно, из-за 1) инерции советского наследия (два процесса – постиндустриализация и постсоциализация – во всех восточноевропейских странах идут параллельно), 2) нерешенности транспортных и инфраструктурных проблем, 3) нерешенности институциональных проблем и слабости рынка земли, 4) больших размеров города. Пункты 2 и 3 зависят от позиции городских властей, но пока она крайне неблагоприятна. Процессы субурбанизации (отъезда среднего класса в пригороды) и постсубурбанизации (формирования в пригородах самостоятельных торговых деловых центров; пример – Химки) будут идти, но медленно. Слабый рынок жилья будет сдерживать социальную и этническую сегрегацию и формирование «гетто для бедных». Даже в Капотне, Выхино и других худших районах Москвы, в Люберцах социальная ситуация не будет настолько плохой (на фоне других районов), как в беднейших кварталах США и Западной Европы. Но будут формироваться «гетто для богатых» – Золотая миля в районе Остоженки, Кутузовский проспект (вплоть до закрытия отдельных районов для других граждан). В целом тренд снижения качества жилья с Запада на Восток усилится.



Brak odpowiedzi

Dodaj odpowiedź

Dodaj odpowiedź